Электронная библиотека Веда
Цели библиотеки
Скачать бесплатно
Доставка литературы
Доставка диссертаций
Размещение литературы
Контактные данные
Я ищу:
Библиотечный каталог российских и украинских диссертаций

Вы находитесь:
Диссертационные работы России
Психологические науки
Общая психология, психология личности, история психологии

Диссертационная работа:

Патяева Екатерина Юрьевна. Культурно-исторический анализ развития мотивации личности : диссертация ... кандидата психологических наук : 19.00.01 / Патяева Екатерина Юрьевна; [Место защиты: Моск. гос. ун-т им. М.В. Ломоносова].- Москва, 2010.- 236 с.: ил. РГБ ОД, 61 10-19/272

смотреть содержание
смотреть введение
Содержание к работе:

Введение З

Глава 1. Проблема культурно-исторического развития мотивации 14

1.1. Три парадигмы анализа мотивации: дуалистическая, потребностная и культурно-историческая 14

1.2. Развитие культурно-исторического понимания человеческой мотивации в рамках французской социологической школы 26

1.3. История человеческого поведения в «психологии действия» Пьера Жане 44

1.4. Развитие культурно-исторического подхода к мотивации в отечественной психологии (К.Д. Кавелин, А.А. Потебня, Л.С. Выготский, А.Н. Леонтьев, Д.Б. Эльконин и др.) 65

1.5. Побудительная функция речи в работах А.Р. Лурия и Б.Ф. Поршнева 72

1.6. Сложные системы социокультурного мотивирования: «социальное поле» (К. Левин), «системы практической этики» (М. Вебер) и социальные «диспозитивы» (М. Фуко) 77

1.7. Итоги главы 88

Глава 2. Основные ступени развития социокультурной мотивирующей системы 92

2.1. К истокам социокультурного мотивирования: потребности в близости/принадлежности и в доминировании/власти 94

2.2. Начало социокультурного мотивирования: табу, внушённые действия, выполнение команд и «действия по желанию» 99

2.3. Ритуалы, символы и ролевые действия 110

2.4. «Рассказанная реальность»: мифы, традиции и действия по убеждению 129

2.5. Рациональное поведение: интересы, цели, нормы и произвольные действия (заданные и самоопределяемые)

2.5.1. Регламентация жизни, оценивание и заданные произвольные действия 143

2.5.2. Рефлексивный мотивационный диалог, выработка позиции и самоопределяемые произвольные действия 151

2.6. Итоги главы 167

Выводы 171

Литература 172

Приложения  

Введение к работе:

Настоящее исследование носит историко-теоретический характер и посвящено проблеме культурно-исторического развития мотивации личности -начиная от простейших форм опосредствования мотивационных процессов и завершая мотивационным строением свободного самоопределяемого действия, свойственного зрелой личности. В современной психологии личности связь личностной зрелости со способностью действовать свободно и ответственно выступает как само собой разумеющаяся (Рубинштейн, 1946/2000; Роджерс, 1961/1994; Маслоу, 1999; Юнг, 1996; В.А. Петровский, 1997; А.А. Леонтьев, 2001; Франкл, 2005; Бьюдженталь, 2007; Д.А. Леонтьев, 2007а,б; Bugental, 1999, и др.). При этом само свободное или самоопределяемое действие, имея давнюю традицию обсуждения в философской литературе (см., напр., Платон, 1997; Кант, 1965; Дильтей, 1894/1996; Ясперс, 1931/1994; Мамардашвили, 1990, 1994/2009; Рикёр, 1969/2008, 1990/2008; Адо, 1993/2010, 2001/2010), стало предметом анализа психологов не так давно (Асмолов, 1990; Зинченко, Моргунов, 1994; В.А. Петровский, 1997; Д.А. Леонтьев, 2007 а,б; Deci, Ryan, 1985, 2008 а,б, Ryan, 1992, Ryan, Deci, 2000, 2006) и в его психологическом осмыслении остаётся ещё немало белых пятен. В частности, открытым до сих пор остаётся вопрос о последовательности конкретных ступеней того пути культурно-исторического развития мотивации, вершиной которого выступает свободное самоопределяемое действие. На восполнение этого пробела и направлено настоящее исследование.

Актуальность темы определяется тем обстоятельством, что анализ культурно-исторического развития мотивации личности выступает необходимым этапом в решении одной из наиболее актуальных проблем современного общества - проблемы становления самостоятельной личности.

Данная проблема признана одним из приоритетов социокультурной модернизации системы образования (Асмолов, 2008). Не претендуя на охват всех граней и аспектов современной ситуации, выдвигающих проблему развития личности на первый план, подчеркнём лишь два из этих аспектов.

Первый состоит в том, что отличительной особенностью современной эпохи является невиданное прежде усложнение жизни «простого», «массового» человека, выражающееся прежде всего в нарастании ценностно-нормативной неопределённости (Асмолов, 1990, 2007; Собкин, 1997, Собкин и др., 2005; Розин, 2003, 2005, 2007 а,б; Гудков, 2004; Аверинцев, 2005; Левада, 2006). В самом деле: если прежде этот «простой» человек с детства усваивал, «что такое хорошо и что такое плохо», что разрешено и что запрещено, как ему следует и как не следует поступать в качестве члена данного общества или определённой социальной группы (будь он православным крестьянином дореволюционной России, комсомольцем СССР, приверженцем гонимой церкви или кем бы то ни было ещё), то в последние десятилетия ситуация существенно изменилась: безусловные прежде ценностные ориентиры часто оспариваются, а основные институты социализации - семья, школа и средства массовой информации -задают противоречащие друг другу идеалы и образцы поведения. С одной стороны, человек нашего времени получил возможность в значительной мере сам определять свою жизнь, с другой - этот человек как никогда остро нуждается в своего рода «культурных орудиях» (Л.С. Выготский), которые позволили бы ему стать действительно самостоятельной личностью, а не конформистом, принимающим модные в данный момент лозунги и сменяющим их на противоположные на следующий день, а также и не внутренне опустошённым циником, ни во что не верящим и живущим ради получения сиюминутных выгод и удовольствий. Предварительной ступенью разработки такого рода психологических средств для образовательной практики и служит данная работа.

Вторым аспектом современной ситуации, делающим исследование развития мотивационных процессов личности особенно актуальным, является регулярно фиксируемый социологами и психологами факт повышенной готовности современных россиян некритично следовать разного рода авторитетам вместо того, чтобы самостоятельно принимать решение и действовать (Братченко, 2001; Гудков, 2004, 2008, 2009; Левада, 2006).

Теоретико-методологическими основами настоящего исследования являются (в соответствии с уровнями методологии по Э.Г. Юдину (1978)): на уровне философской методологии:

- диалогическая рациональность (М.М. Бахтин, О. Розеншток-Хюсси,
B.C. Библер, П. Рикёр), а также деятельностно и конструкционистски
ориентированные подходы в эпистемологии (И. Кант, К. Маркс, М. Фуко,
М.К. Мамардашвили, Г.П. Щедровицкий, К. Джерджен и др.)

на уровне общенаучной методологии:

подходы, принадлежащие к культурно-исторической традиции понимания человека (Ж.-А. Кондорсе, К. Маркс, М. Вебер, М. Фуко, Ю.М. Лотман, С.С. Аверинцев, В.М. Розин и др.)

методология гуманитарного познания личности (В. Дильтей, М.М. Бахтин, М. Фуко, С.С. Аверинцев, М.К. Мамардашвили, В.М. Розин, и

др);

на уровне конкретно-научной методологии:

- культурно-деятельностный подход в отечественной психологии,
развиваемый в культурно-исторической концепции психики Л.С. Выготского,
общепсихологической теории деятельности А.Н. Леонтьева, концепции речевой
регуляции поведения А.Р. Лурия, исследованиях генезиса смысловой регуляции
действий Д.Б. Эльконина и А.В. Запорожца, концепции воли как особого
мотивационного действия В.А. Иванникова, историко-эволюционной
концепции личности А.Г. Асмолова и концепции психотехнического действия
А.А. Пузырея;

- диалогическая концепция самоопределения личности М.М. Бахтина.
Объектом исследования выступают человеческие действия,

рассматриваемые под углом зрения их мотивационного строения.

Предметом исследования являются способы социокультурного опосредствования мотивации человеческих действий.

Опираясь на культурно-деятельностную концепцию школы Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева и А.Р. Лурия, мы можем выделить две

группы мотивационных процессов: во-первых, непосредственные мотивационные процессы, общие для человека и животных, и, во-вторых, специфически человеческие ситуативные мотивационные процессы, опосредствованные, социальные по происхождению и обладающие системным строением. К первой группе можно отнести, например, актуализацию и насыщение потребности или вспышку агрессии в ответ на фрустрацию, ко второй - принятие решения о действии с использованием жребия (Выготский, 1983), усиление побудительности цели с помощью особых «мотивационных действий» (Иванников, 1991, 2008), опосредование мотивационных процессов социальными нормами или формирование побуждения к действию, опосредованное процессами каузальной атрибуции (Хекхаузен, 2003).

Вопрос состоит в том, все ли специфически человеческие - т.е. опосредствованные, социальные по происхождению и обладающие системным строением - мотивационные процессы следует считать мотивационными процессами личности. Вполне очевидно, что ответ на этот вопрос зависит от того, какое из многочисленных пониманий личности мы будем использовать.

В данной работе за основу принимается сложившееся в ряде направлений психологии (в частности, в культурно-деятельностной психологической школе, в неофрейдизме К. Хорни, в экзистенциальной психологии) понимание личности в узком смысле слова - как особой реальности, несводимой ни к психическим процессам, в том числе и специфически человеческим, ни к «социальному в человеке», ни к индивидуальным свойствам и особенностям (Хорни, 1950/1997, Рубинштейн, 1976; А.Н.Леонтьев, 1983, 2000/2009; Братусь, 1988; Франкл, 1990, 2005/2009; Асмолов, 1990; Мамардашвили, 1994/2009; Лэнг, 1995/2009; В.А.Петровский, 1997; Розин, 2003, 2005; Пузырей, 2005; Д.А. Леонтьев, 2006; Василюк, 2007/2009; Иванников, 2008; и др.). Более конкретно, мы исходим из развёрнутого М.К. Мамардашвили (1994/2009) понимания личности как субъекта свободного самоопределяемого действия, невыводимого не только из природных причин, но и из каких бы то ни было принятых в данном обществе установлений и норм, а совершаемого человеком

по своему собственному свободно принятому решению. Согласно этому пониманию, личностное в человеке есть трансцендирование, «выхождение за все и всякие порядки, конкретные порядки человеческого бытия в каждый данный момент» (Мамардашвили, 2009, с. 97), за всякие готовые схемы и способы поведения и интерпретации действительности. Причём личностное деяние не совершается автоматически, а требует определённого усилия от человека, определённого «труда души».

При таком понимании личность оказывается существенно отличной от «социального индивида», т.е. человека как носителя всевозможных социальных и культурных норм и субъекта предписанных обществом действий и способов поведения. Соответственно, можно предположить, что и все специфически человеческие действия - произвольные (включая послепроизволъные) и опосредствованные - подразделяются на два больших типа: на произвольные самоопределяемые действия (субъектом которых является человек как личность) и на произвольные действия, заданные или предписанные обществом, т.е. действия, выводимые из принятых в данном обществе установлений и норм, или направленные на достижение цели, поставленной перед человеком кем-то другим, например, учителем, начальником или психологом-экспериментатором (их субъектом является человек как социальный индивид).

Примерами произвольного действия первого типа (самоопределяемого, или автономного) могут служить достижение самостоятельно поставленной цели или выходящий за рамки устоявшихся норм поведения поступок; примерами произвольного действия второго типа (заданного, или гетерономного) - соблюдение социальных норм и выполнение всевозможных заданных целей, начиная от классных и домашних заданий в школе и кончая армейскими приказами, правительственными заданиями и разнообразными инструкциями и распоряжениями руководства в любой организации. В последнем случае мы будем иметь дело с «безличным опосредствованием» -без разворачивания процесса определения своей позиции по отношению к

действию: всевозможные усвоенные на протяжении жизни социальные нормы поведения и жизненные сценарии, нерефлексивное подчинение любым носителям авторитета.

Итак, личностное действие, вслед за М.К. Мамардашвили (1994/2009), мы будем понимать как самоопределяемое, и в этом своём качестве отличное не только от действия импульсивного или «полевого» (К. Левин), но и от произвольного и целенаправленного заданного действия.

Цель настоящего исследования состоит в том, чтобы выявить и проанализировать основные ступени культурно-исторического развития мотивации личности. Завершением этого анализа выступает построение модели мотивационного строения самоопределяемого (собственно личностного) действия (в отличие как от импульсивного, так и от произвольного заданного действия), на основе которой в дальнейшем можно будет разрабатывать практические методики обучения самоопределению.

Задачи исследования:

1. Проанализировать существующие теоретические подходы к проблеме
специфически человеческих мотивационных процессов и их культурно-
исторического развития.

2. Систематизировать накопленные в психологии и смежных
дисциплинах (в частности, в социологии и культурологии) данные о способах
социокультурного опосредствования мотивации и выделить основные ступени
культурно-исторического развития мотивации личности.

3. Построить модель мотивационного строения самоопределяемых и
заданных действий, непротиворечиво объясняющую их различия и
учитывающую накопленные в психологии и смежных дисциплинах данные,
касающиеся культурно-исторического развития мотивационных процессов
человека.

Гипотезы исследования:

1. Импульсивные (непосредственные) действия и произвольные опосредствованные действия (самоопределяемые и заданные) представляют

собой два полюса, между которыми можно выделить ряд промежуточных ступеней, каждой из которых соответствует особый способ опосредствования мотивации.

2. Двум видам произвольных действий - самоопределяемым и заданным -соответствуют существенно различные способы опосредствования мотивационных процессов. И если ребёнка можно и нужно учить произвольному поведению, что обычно и делают родители и школа, то можно (а в современной социальной ситуации и нужно) учить его и поведению самоопределяемому.

Методы и методологические приёмы исследования включают в себя:

анализ научной литературы и реконструкцию существующих концепций культурно-исторического развития мотивации личности;

разработанный Л.С. Выготским и А.Р. Лурия (1930) методологический приём сопоставления трёх линий психологического развития - эволюционного, исторического и онтогенетического - который затем использовался Л.С. Выготским в работах «История развития высших психических функций» (1931) и «Мышление и речь» (1934), А.Н.Леонтьевым в работах «Развитие памяти» (1931) и «Проблемы развития психики» (1959/1981), Д.Б. Элькониным в работе «Психология игры» (1978) и А.Г. Асмоловым в работах «Личность как предмет психологического исследования» (1984) и «Психология личности: культурно-историческое понимание развития человека» (1990/2007);

восходящий к работам Л.С. Выготского и далее детализированный А.А. Пузыреем (2005) метод анализа психотехнических средств и действий, используемых в психологической практике.

Достоверность и обоснованность полученных результатов обеспечиваются проработанностью теоретико-методологических оснований диссертационной работы, обращением к фундаментальным отечественным и зарубежным исследованиям в различных областях психологии, применением методов и методологических приёмов, адекватных цели, предмету, задачам и логике исследования, а также широким привлечением материалов, полученных

в рамках смежных дисциплин и содержательно взаимно дополняющих друг друга.

Научная новизна работы заключается в следующем:

1. Выделены и описаны три парадигмы, в рамках которых
разворачивается исследование мотивационных процессов человека:
дуалистическая, потребностная и культурно-историческая.

  1. Проанализировано развитие представлений о мотивации человека в рамках культурно-исторического подхода к психике человека, оказавшегося в XX веке в определённой мере «на обочине» основного потока мотивационных исследований. Впервые в отечественной психологии описаны и детально проанализированы концепции мотивации двух принципиально важных французских школ: французской социологической школы и психологии действия П. Жане.

  2. Впервые собраны в единую систему многочисленные накопленные в психологии и смежных науках данные о процессах социокультурного мотивирования человеческого поведения, надстраивающихся над потребностными механизмами побуждения, принципиально общими для человека и животных. Введено и обосновано понятие социокультурной мотивирующей системы.

4. Выделены основные ступени развития социокультурных
мотивационных процессов и описаны основные мотивационные операции на
ступенях внушённого, ролевого, убеждённого, произвольного заданного и
произвольного самоопределяемого действия.

5. Обосновано представление о мотивационном диалоге как особом
мотивационном процессе. Построена модель мотивационной структуры
самоопределяемого действия как мотивационного диалога, в ходе которого
должны быть решены три группы психологических задач - «на смысл», «на
позицию» и «на осуществление».

Теоретическая значимость. В настоящем исследовании развивается и детализируется концепция мотивации человека, сложившаяся в рамках

культурно-деятельностного подхода в психологии. Благодаря привлечению массива данных, накопленных в культурологии, социологии и социальной психологии, существенно расширяется представление об опосредствовании мотивации человека - наряду с опосредствованием мотивации разного рода культурными средствами, анализируется её опосредствование сложными социокультурными диспозитивами (термин М. Фуко). Вводится и обосновывается представление о социокультурной мотивирующей системе и ступенях её культурно-исторического развития, выстраивается модель строения мотивации самоопределяемого действия.

Практическая значимость. Предложенная модель мотивационного строения самоопределяемого действия может использоваться в качестве основы для разработки методик обучения самоопределению, умению действовать свободно и самостоятельно в разного рода социальных ситуациях. На практике эта модель была использована при создании программы тренинга самоопределения для старшеклассников, апробированной в двух школах г. Москвы и изложенной на научно-методическом семинаре для школьных психологов ЮВАО г. Москвы (октябрь 2008). Другим направлением практического использования модели мотивационного строения самоопределяемого действия выступает специально организованное родительское консультирование и психологическое просвещение родителей. Ряд положений исследования реализованы при написании практических пособий для родителей (Патяева, 2007) и для классных руководителей (Кривцова, Патяева, 2008).

Положения, выносимые на защиту:

1. Исследование мотивационных процессов человека разворачивается в рамках трёх отличных друг от друга парадигм: дуалистической, потребностной и культурно-исторической. Дуалистическая парадигма (напр., У. Джемс, В. Франкл, А. Лэнгле, Р. Эммонс) сохраняет идущее от Платона принципиальное деление движущих сил человеческого поведения на «низшие» (потребности, влечения, инстинкты) и «высшие» (разумные побуждения,

духовные или экзистенциальные устремления). Согласно потребностной парадигме (напр., 3. Фрейд, Г. Мюррей, А. Маслоу, К. Роджерс, Э. Деси и Р. Райан и др.), «высшие» побуждения есть результат прижизненного развития и когнитивной обработки тех или иных базовых врождённых влечений и потребностей, так что различие между «высшими» и «низшими» побуждениями оказывается не принципиальным. Культурно-историческая же парадигма (напр., М. Вебер, Э. Дюркгейм, П. Жане, Л.С. Выготский, М. Фуко) предполагает прижизненное формирование специфически человеческих побуждений, существенно разных в различных социальных и исторических условиях, так что к потребностным механизмам побуждения, принципиально общим для человека и животных, у человека добавляется система социокультурного мотивирования, надстраивающаяся над потребностной и во многом её преобразующая.

2. Система социокультурного мотивирования представлена прежде всего социальными диспозитивами того или иного общества (или субкультуры). Понятие диспозитив мы понимаем, вслед за М. Фуко, как «некий ансамбль -радикально гетерогенный, - включающий в себя дискурсы, институции, архитектурные планировки, регламентирующие решения, законы, административные меры, научные высказывания, философские, но также и моральные, и филантропические положения» (цит. по: Табачникова, 1996, с. 368). Социальные диспозитивы, как и описанные Л.С. Выготским культурные средства (вроде жребия, символов, поэтических строк и т.д.), опосредствуют мотивационные процессы человека, однако они существенно отличаются от культурных средств в трёх отношениях. Во-первых, средства представляют собой объекты (в широком смысле слова), которыми мы можем пользоваться для воздействия на себя или на другого - тогда как диспозитивы выступают скорее определённой социокультурной средой (или, по В. Гумбольдту, культурной стихией), внутри которой мы находимся. Во-вторых, разного рода средства мы можем использовать произвольно, по своему желанию, выступая источником активности - тогда как в случае диспозитива человек часто

оказывается лишь исполнителем воли общества в целом или же отдельных социальных институтов и групп. Наконец, в-третьих, использование средств есть форма опосредствования мотивационных процессов человека - тогда как диспозитивы представляют собой не только опосредствующие, но ещё и собственно мотивирующие социокультурные системы, инициирующие целый ряд человеческих побуждений.

3. В культурно-историческом и онтогенетическом развитии
социокультурной мотивирующей системы можно выделить пять основных
ступеней:

базовые потребности в близости/принадлежности и доминировании/власти вместе с процессами элементарной суггестии, выступающими, по гипотезе Б.Ф. Поршнева (1966/1979, 1974/2007), в качестве первоначального «ядра» речи (фундамент социокультурного мотивирования; эмоциональное реагирование а) на принятие и отвержение и б) на доминирование, взаимодействие на равных, подчинение и неподчинение);

прямые речевые побудительные воздействия (внушённые действия и система культурных табу);

ритуальные и ролевые мотивирующие системы с использованием символов принадлежности, статуса и власти (ритуальные и ролевые действия);

- системы коллективных представлений и нарративов, задающие
ценностно-смысловые координаты и сценарии жизни («действия по
убеждению»);

рациональные социальные институты и системы социальной целенаправленной деятельности (произвольные целенаправленные действия, которые могут быть заданными или самоопределяемыми).

4. Социокультурное мотивирование человеческого поведения
складывается не только из внешних и интериоризированных побудительных
воздействий, но и из мотивационных взаимодействий разного рода
(эмоционально-волевого противостояния, взаимного эмоционального
заражения и увлечения, спора, мотивационного диалога). Именно процессы

мотивационного взаимодействия становятся основой для развития самоопределения. Мотивационная структура развитого самоопределяемого действия может быть описана как серия внешних и внутренних мотивационных диалогов, в которых должны быть решены психологические задачи трёх типов: «на смысл», «на позицию» и «на осуществление».

Апробация работы и внедрение результатов. Основные положения диссертации докладывались на заседании кафедры психологии личности факультета психологии МГУ имени М.В. Ломоносова 16 февраля 2010 года; результаты работы были представлены на II Международной конференции Телефонов доверия «Работа переживания и психологическая помощь детям» (Москва, 2007), Всероссийской научно-практической конференции «Ребёнок в современном обществе» (Москва, 2007), III Международной конференции детских Телефонов доверия «Телефон доверия - служба понимания в обществе» (Астрахань, 2008), II Всероссийской научной конференции «Психология индивидуальности» (Москва, 2008). Результаты диссертационного исследования используются в курсах лекций «Методологические основы психологии» и «Историческая психология личности» на факультете психологии МГУ имени М.В. Ломоносова.

По материалам диссертации опубликовано 11 работ (в том числе в журналах и изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ для публикации основных результатов диссертационных исследований - 2 работы).

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, выводов, списка литературы, включающего 393 наименования, из них 63 на иностранных языках, и четырёх приложений. Работа содержит 1 таблицу и 6 рисунков. Объём основного текста диссертации составляет 194 страницы.


© Научная электронная библиотека «Веда», 2003-2013.
info@lib.ua-ru.net